Воровство на производстве. Инфраструктурный способ.

Продолжаем тему «как воруют на производстве«. Сегодня речь пойдет о методе, который я называю «использование чужой инфраструктуры». Метод очень простой. Люди дают на вход системы свой личный ресурс, и на выходе получают добавленную стоимость. Ресурс системы на дополнительную нагрузку или не тратится вовсе, или незаметен в общей массе. Как это происходит на практике.

На птицефабрике входом являются цыплята, выходом – продукция из куриного мяса. Что придумали птичники. Они покупают цыплят и запускают их на откорм в общую массу. Тысячу цыплят среди сотни тысяч никто не заметит, а расход комбикорма вырастет на 1% или еще меньше. Через пару месяцев цыплята набирают вес, их извлекают и продают. Очевидно, что вес увеличивается в несколько раз.

Давным-давно, когда я работал в банке, соседний отдел торговал разными векселями. Деталей я уже не помню, но очень похоже, что они скупали векселя на заводах в провинции, а продавали на внебиржевом рынке в Москве. Банк на этом очень хорошо зарабатывал. Но не только банк! Один из трейдеров догадался скупать векселя сам, и некоторые жирные сделки проводил через свои компании. Я еще тогда удивлялся, почему он отказался от повышения до начальника отдела. А он потом уволился и открыл свой бизнес.

В розничной торговле схема работы следующая. Оговорюсь, что речь пойдет о ларьках, в больших магазинах все по-другому. На витрине всегда есть дорогой товар, который покупают очень редко. Обычно после того, как его купят, продавщица звонит подруге или сменщице, та покупает этот товар на оптовом рынке и привозит. Прибыль пополам. А потом хозяин ларька удивляется, почему коньяк за 3 000 рублей так плохо идет. В те годы в бойком месте типа Казанского вокзала или аэропорта буфетчица легко зарабатывала пару тысяч долларов. Сейчас актуальность этого метода упала, розничной торговли доступными дорогими товарами практически нет, да и рентабельность уже не та.

Такси. Большинство компаний работает так. Покупает оборудование (радиосвязь), нанимает диспетчеров и дает рекламу. Диспетчеры принимают заказы и за комиссию передают их водителям на своих машинах. Естественно, диспетчеру очень легко не регистрировать заказ и взять деньги с водителя себе в карман. Мой знакомый бизнесмен, который держал такси, говорил, что не помогает ничего. Ни отбирать у диспетчеров мобильники, ни записывать разговоры, ни вести видеосъемку, ни с позором увольнять. Жирные заказы в аэропорт или другой город все равно уходят налево. Новички вливаются в систему и начинают левачить через 2-3 дня. Если уволить всех разом и заменить новыми, воровать начинают через 2-3 месяца. Некоторые пошли по пути установки GPS-навигации в машинах, но столкнулись с проблемой контролировать контролеров.

Вообще схема, когда менеджер часть заказов компании пропускает через себя, очень распространена. В большинстве случаев бороться с этим ужесточением контроля бесполезно. Потому что честным людям это будет мешать, а остальных – не остановит. Я вывел для себя следующую формулу – разумный контроль, очень тщательное психологическое тестирование, прозрачная и достойная система оплаты и предельно жестокое отношение к нарушителям. Если есть возможность «узаконить левак», это обязательно надо делать. Если на каком-либо участке контролировать людей дорого, мы обычно оцениваем потенциальный доход и используем формулу «на этой поляне можешь пастись, это твоя премия».

С точки зрения закона, применение этого метода не является криминалом. Поскольку материальные ценности и имущество не пропадают. А за пользование чужой инфраструктурой уголовного наказания не предусмотрено. Людей, которые этим пользуются, очень трудно контролировать и так же трудно наказывать. К тому же контроль часто бывает очень дорогим. А некоторые люди вообще рассматривают изучение чужой технологии как бизнес идею без вложений. Посидел на должности, научился, оброс связями. А потом уволился и увел часть клиентов. Для собственника, повторюсь, выход из ситуации только один – тщательный отбор людей и максимальное использование интегральных показателей.

Кредиты добрые и злые

Он так и не понял, что толкнуло его купить этот телефон. Может, длинные ноги обаятельной продавщицы, а может, стильная реклама. Ну купил и купил. Да и кредит быстро оформили. Научились работать, сервис прямо как на западе. И все вежливые, улыбчивые. Правда, теперь ползарплаты уйдет на платежи по кредитам. Но ничего, в стране инфляция, а зарплаты растут…

Знакомая песня? Набрал кредитов, потерял работу, в результате ни товаров, ни удовольствия, да еще и бегай теперь от судебных приставов. Теперь он говорит всем знакомым, что кредиты – зло. А банкиры обманом наживаются на честных гражданах.

А вот еще история. Одному индивидуальному предпринимателю повезло – его идея для бизнеса без вложений выстрелила. Продажи начали расти, появились постоянные клиенты. Но он не мог обслужить всех, некоторым пришлось отказывать. И клиенты ушли к его основному конкуренту.
Такому же предпринимателю, который начал бизнес в это же время. А тот не стал никому отказывать, а просто взял кредит на пополнение оборотных средств. И его прибыли стали расти во много раз быстрее. Он переманил у конкурента всех клиентов и тот благополучно разорился…

Теперь он говорит всем знакомым, что без начального капитала открыть свой бизнес нельзя. А банкиры только и наживаются на честных предпринимателях.

Вторая история случается в жизни гораздо реже, чем первая. А негативное отношение к долгам и кредитам есть даже у многих бизнесменов. Мы часто слышим «не люблю быть должен», «в долгах, как в шелках» и пр. Почему так происходит? Почему люди не любят иметь долги?

Скорее всего, в нас говорит советское прошлое. Долгового рынка не было, деньги занимали у друзей и родственников. И дать взаймы означало помочь. «Дружище, выручи, займи трояк до получки». То есть должник автоматически становился обязан кредитору. Такие своеобразные «моральные проценты». А не отдать долг считалось апогеем морального падения. И сейчас мы по привычке переносим это трепетное отношение к долгам на кредиты. Хотя уже ничем не обязаны банкам, это их бизнес и они никого не «выручают до получки».

Приведу характерный пример. На переговорах о погашении долгов предприниматели часто приводят аргумент «я не могу заплатить с этих денег сейчас, у меня завтра платеж по кредиту (лизингу)». А когда оппонент спрашивает «а чем я хуже твоего банка?» разумный ответ дается очень редко. У многих пиетет перед банком на подсознательном уровне. Хотя любой кредитор имеет такие же права и может выставить такие же штрафы за просрочку платежей.

Многие предприниматели не любят кредиты, потому что они ставят их в зависимость от банка. Ведь банк в любой момент может отозвать кредит и обанкротить предпринимателя. А банк во многих случаях при проблемах у заемщика кредит отзовет. И тем самым подтолкнет его к краю пропасти. Но тут уж ничего не поделать, любой бизнес всегда имеет риски. И выбор не богат – или ты зависишь от банка, или прозябаешь на обочине, пока тебя обгоняют более смелые конкуренты.

Кредит – это не хорошо и не плохо. Это всего лишь инструмент, которым может воспользоваться любой. Нож в руке бандита и в руке хирурга служит совершенно разным целям, хотя это один и тот же предмет. Так же и с кредитом. Можно оздоровить бизнес, а можно нанести смертельную рану. А размышляя, получать ли потребительский кредит или нет, лучше следовать нехитрому правилу: банк без проблем выдаст кредит, если кредит вам не нужен.

Когда толпа идет громить…

Читаю о Междуреченских шахтерах в и вспоминаю аналогичные события десятилетней давности. Я тогда работал топ-менеджером на крупном заводе.

Дело было так. Лихие 90-е уже кончились, а сытые нулевые еще не начались. Небольшой моногород, градообразующий завод лежит на боку. В нескольких десятках километрах еще пара таких же моногородов. До крупного города километров 100. Выпуск продукции – несколько процентов от объема советских времен. Один цех – современный, еще несколько устарели морально и физически. У московской управляющей компании по стране еще несколько аналогичных заводов, проблем, куда девать сырье, нет. И команда топ-менеджеров завода, несколько приезжих и несколько местных.

Позиция Москвы была очень жесткой – переносить производство в один цех, остальное консервировать, перепрофилировать или продавать. Из 2 тысяч людей планировалось сократить полторы. Решение абсолютно правильное, спрос на продукцию в России упал, а чтобы наработать связи за границей и отработать технологии производства, нужно было года два минимум.

Как следствие, денег на покрытие убытков москвичи не давали. Жалкие финансовые крохи от текущей деятельности шли только на нужды производства. Долги по налогам и зарплате постоянно росли. Народ жил воровством и огородничеством. Самые работящие и предприимчивые уезжали на заработки или переезжали в крупные города, где проблем с работой не было. А завод медленно умирал.

План реорганизации завода саботировался на всех уровнях. Работать люди уже отвыкли, а воровать стало нечего. Все предпочитали сидеть на 2/3 заработка и бездельничать. Ценности вывозили машинами. Охрана была в доле, а на оплату ЧОПа не было денег. Да и тех несунов, кого ловили, милиция отпускала, все свои, знают друг друга по 40 лет.

И в один прекрасный день завод встал. Это как пожар, в одном из цехов рабочий поругался с мастером, бросил работу, в перепалку вступили еще несколько человек. И все, возбужденные люди, понимая, что сами виноваты, зовут остальных присоединится. А кто откажется от такого развлечения? И все это спонтанно и неорганизованно.

А потом началось самое интересное. Возбужденная толпа пошла в заводоуправление. Начальник милиции сказал мне по телефону «принял к сведению» и пропал. Офисные крысы тут же разбежались по всем щелям, местные топы тоже куда-то исчезли. Приезжим топам – мне и другому заму директора бежать было некуда. Мы сидели в его кабинете. Со второго этажа было хорошо слышно, как вылетела входная дверь и посыпались битые стекла. Гул толпы стал приближаться…

В кабинет набилось пара десятков человек, остальные галдели в коридоре и грабили заводоуправление. А на нас смотрела толпа. Просто смотрела. Они тоже боялись, непонятно, что это за люди, которые могли убежать, но не убежали. Не знаю, как напарнику, а мне было жутко страшно. Народ простой, деревенский, запросто разорвут на части. А найдут потом виновных или нет, мне уже будет неважно. Напарник медленно закурил и начал разговор: Нууу… Чего пришли?

Он выбрал агрессивную тактику, типа вы меня, конечно, порвете, но и я с собой в могилу парочку заберу. Скорее всего, другой он просто не знал. Но в агрессивной манере разговора не получилось, беседа как-то сама собой стала конструктивной. Вместо лозунгов люди стали жаловаться на жизнь, а на эти темы мы говорить умели. Сейчас я понимаю, насколько правильно тогда действовал, случайно поймав волну. Много позже я узнал про психологическое давление и методы разговора с толпой – не использовать логику, зеркалить эмоции, во всем соглашаться. И всегда вести диалог с конкретным человеком, выхваченным из толпы.

В результате первые ряды мы стащили в конструктив. Вся агрессия и жажда действий у них исчезла. И на крики задних рядов «ну, чего там с ними цацкаться» они огрызались «подожди, дай поговорить». Через час они выговорились и начали расходиться. А задние ряды давно уже скучали и искали повода уйти…

Потом нашлись ушлые люди и организовали работяг. Появился стачечный комитет и рабочий контроль. Рабочие полностью взяли власть в свои руки. Причем переговорная позиция у них была предельно тупая – погасите долги по зарплате, дайте заказы, не сокращайте людей. Причем, даже на деловых переговорах звучали очень похожие (с нынешним Междуреченском) лозунги – «завод принадлежит рабочим», «акционеры на нас наживаются» и пр. Москвичи приехали один раз, послушали и… забыли о заводе. Завод встал окончательно. Правительство несколько лет не давало его банкротить. 2 тысячи человек остались без работы.

Потом план москвичей все-таки был реализован. Сейчас там современное производство, работающее на экспорт. Занято 600 человек. Старые цеха закрыты или проданы, там тоже что-то делают по мелочи. Насколько мне известно, сейчас менеджеры делают реструктуризацию умнее. Они разбивают большое предприятие на несколько юридических лиц и сначала поддерживают их все. А потом некоторые банкротят. И никто не протестует, остальные-то работают.

Я вижу два аспекта этой типичной проблемы моногородов. Из двух вариантов – «всем плохо» и «многим плохо, некоторым хорошо» – большинство людей всегда выбирают первый. Особенно малограмотное и инертное большинство. В результате нормальный осмысленный план по выводу предприятия из кризиса часто саботируется, иногда с применением массовых акций. Чем это кончается, я рассказал. Второй аспект. Никакой менеджер не удержит ситуацию бесконечно. Рано или поздно все равно полыхнет.

Технологические способы получения левых доходов на производстве

Многие люди хотят стабильную работу и достойную зарплату. И это нормально. Но мир так устроен, что на всех не хватает. И люди начинают левачить, то есть получать побочный доход от своей должности. Большинство просто берет взятки и откаты. Это скучно, нетехнологично и требует только здравого смысла. Поэтому писать об этом не интересно.

А пойдет речь о технологичных способах левака. Которые требуют специальных знаний или координации действий нескольких людей. Моральную сторону вопроса оставим в стороне, бог им судья. А за время работы на разных предприятиях от химии до металлургии у меня скопилась любопытная коллекция технологических приемов, на которых люди делали деньги.

Молочный завод, где делают масло, сметану и творог. Молоко привозят в цистернах с окрестных ферм. После проверки качества молоко попадает в единую емкость. Как известно, самое ценное в молоке — жир и белок. Из жира делают сметану и масло, из белка – творог. Самой ценной составляющей молока является жир, поэтому чем жирнее молоко, тем дороже оно стоит. И процент жирности определяется в лаборатории при приемке. Измерительные приборы имеют погрешность. Что делает лаборант? Он завышает жирность молока у одних и занижает ее у других. Первые имеют профит, который и делят с лаборантом.

Точно также действуют приемщики нефтепродуктов. Счетчики настроены в литрах, а документы оформлены в килограммах. Поэтому одно с другим стыкуется через плотность. Приемщик смотрит в стандартные таблицы плотности и вычисляет массу нефтепродуктов исходя из температуры за окном. Понятно, что погрешность в полградуса на нескольких вагонах дает ощутимую разницу в деньгах. Очевидно, что при отгрузке можно «ошибиться» в другую сторону. Они и ошибаются. Своим машинам занижают массу, а всем остальным завышают. В результате излишек нефтепродуктов уходит на «своих» машинах и реализуется. А топ-менеджеры нефтебазы даже не думают, как стать миллионером.

Эта схема с использованием погрешности приборов работает и в металлургии. Возьмем схему переработки отходов цветных металлов. Отходы делятся на классы, в зависимости от содержания химически чистого металла. И они не однородны как бензин или молоко. Приемщик может взять на анализ «тот» кусок металла, а может «этот». А люди опытные знают, какой кусок брать. В результате разница в составе металла может достигать 10-15%. Обычно приемщик в доле или на содержании у одного из сдатчиков отходов.

Все эти способы можно классифицировать как использование естественной погрешности измерительных приборов. Если кто еще не понял, в чем технологичность, объясняю. Материальный баланс всегда сойдется, то есть по документам ничего ни у кого не пропадает. А значит, нарушения закона тоже нет. Ловкость рук и никакого мошенничества!

Как я открывал свой первый бизнес

Я стал предпринимателем всего несколько лет назад. В моем понимании быть предпринимателем – это жить на доходы от своего бизнеса и активно им заниматься. А недавно вспоминал, сколько у меня за 20 лет было попыток открыть свой бизнес. Расскажу об одной из них.

Свой первый опыт в качестве предпринимателя я получил в институте. В 1992 году стало понятно, что инженером в России работать невыгодно, а как уехать в Америку я тогда не знал. Поэтому многие мои однокурсники бросились в бизнес. Самыми популярными стали торговля матрешками на Арбате и ремонтно-строительные работы. Возможно, потому что в эти бизнесы набирали студентов из нашей общаги и предметом мы владели.

Когда мы с соседом решили открыть свой бизнес, выбирать не приходилось – торговать мы оба не любили. И зарегистрировали ремонтно-строительную компанию. Получить лицензию в те годы не составляло никаких проблем. Мы сами уже имели опыт работы на крыше, а я еще и мог заключать договоры. И закончил курсы бухгалтерского учета. И мы стартовали.

Как искать клиентов, я уже знал, хотя терминов «холодные звонки» и «активные продажи» тогда еще не было. Я обзванивал ЖЭКи по справочнику, ходил по Москве и спрашивал у жильцов «где ваш ЖЭК». Рынок был пустой и первого заказчика я нашел очень быстро. Цены мы знали, бланк договора был стандартный. А с производством были проблемы, что делать дальше, мы не знали.

Но трудно бывает только первый раз. Дали объявление, нашли работяг, договорились. Потом пошли в банк за кредитом. Сейчас все происходящее кажется диким, но тогда все было по-другому. Получить кредит было очень легко. Мы зашли в первый попавшийся банк по дороге на электричку. Выглядели мы очень колоритно – волосы до плеч, цепи, фенечки, рваные джинсы и очень помятый вид. Обычные молодые металлисты. Нас приняла тетенька из кредитного отдела, дала заполнить какие-то бумаги. Терминов «скоринг» и «залог» мы тогда не знали. Обеспечения по кредиту не было, но мы сказали, что кредитные деньги потратим на покупку материалов, которые и отдадим в залог. Почему-то нам поверили, мы привезли договор с поставщиком и деньги нам перечислили.

Дальше был опять знакомый нам участок – производство. Мы совершили только одну ошибку – дали рабочим аванс. Пришлось неделю ждать, пока они выйдут из запоя. Потом мы договорились с их женами и зарплату отдавали только им.

Дальше все пошло само. Первый дом, второй, потом еще пять. Погасили кредит, заработали, нашли непьющего бригадира. Полностью отладили бизнес-процессы, хотя этого слова мы тогда не знали. В общем, проект выстрелил. И не только у нас. Только мои однокурсники запустили полтора десятка ремонтно-строительных фирм. А были еще студенты плюс-минус несколько лет. Пара компаний работает до сих пор.

А потом я продал партнеру свою долю в бизнесе. Уже не помню зачем. Он проработал пару лет один и закрылся по причинам, не связанным с бизнесом.

Потом у меня было много попыток открыть свой бизнес. Причем, неудачных гораздо больше. Но первый проект – это как первая любовь. Глупо, бестолково, неумело и нелогично. Но чем больше опыта, тем приятнее вспоминать…

Психологическая защита личности от давления

Казалось бы, что тут особенного – зайти к начальнику со своим мнением, а выйти с мнением начальника. Или поговорить на повышенных тонах с супругом и отправиться делать что-то неправильное. Провести переговоры, а потом обнаружить, что взял на себя ненужные обязательства. И проклиная себя, начать делать то, что делать совсем не хочется. При этом не все понимают, что стали жертвой психологического давления. И что ими просто умело манипулировали, вызвав нужную мотивацию. Далее речь пойдет о том, с какими способами давления на человека можно столкнуться и какие есть методы психологической защиты личности.

Манипуляция с использованием чувства вины.

Нужно понимать, что истина субъективна, граница между правдой и ложью очень расплывчата. Одно и то же событие может быть воспринято разными людьми совершенно по-разному. На этом основан прием давления через чувство вины. Искусственно вызывая у человека чувство вины, им можно манипулировать. Создав нужную для манипулятора мотивацию. Каков механизм психологической защиты? Во-первых, подыграть манипулятору, чтобы он не усиливал давление. Во-вторых, не брать на себя никаких обязательств. Можно использовать любой из способов сказать «нет». В результате манипулятора можно загнать в тупик – соперник смят и раздавлен (он так думает), вину признает, но делать ничего не хочет и максимально уходит от ответа.

Читать далее »

Брать или не брать, вот в чем вопрос

Один знакомый рассказал. У него сменился начальник, который привел свою команду и зачистил всех стариков. И он устраивался на работу в государственную структуру. В надзорный орган, который проверяет подведомственный бизнес. Принес документы, встретил знакомых, а они ржут в голос. «Неужели ты к нам?!» И говорят примерно следующее. При проверке мы сразу рисуем плохой акт. А потом переделываем как договоримся. А ты же у нас честный, взяток не берешь. Вот и будешь жить на одну зарплату!

А работа у них собачья. При зарплате 20 000 рублей кроме постоянных проверок нужно готовить для Москвы тонны отчетов. Сидят с бумагами с утра до ночи. Плюс командировки по всему УрФО, военная дисциплина и все прелести чинопочитания по-русски. Мой знакомый плюнул и ушел. Устроился в другое место, где нормально платят и не надо брать на лапу. А специалист он действительно блестящий. Пару раз нас консультировал, его советы помогли по-честному пережить несколько проверок.

Вообще по статистике, людей, которые не будут воровать или брать взятки (откаты) ни при каких условиях, очень мало. Так же мало, как людей, которые будут воровать всегда. Большинство же будет действовать по обстоятельствам. То есть будут воровать тем больше, чем ниже риск попасться.

Кто-то скажет «как же так, я никогда не воровал, и мои знакомые тоже не берут откатов». Тут мне стоит оговориться, что по данному вопросу ценность имеет мнение только тех людей, кто имел возможность воровать, но не украл ни копейки. Нельзя быть по-настоящему честным, не испытав искушения! Если человек никогда не делал выбор «брать или не брать», он не может быть объективным в данном вопросе по определению. Это как если бы монах, который много лет не видел женщин, будет осуждать их как «сосуд греха и порока». Вроде все логично, а субъективный подход налицо.

Я ни в коей мере не одобряю воровство и коррупцию. Я всего лишь констатирую факт, что человек слаб. И считанные единицы способны устоять перед искушением. А осуждают все кому не лень. В том числе и те, у кого никогда не было возможности воровать. Кстати, среди моих знакомых всего пять человек, которые никогда не нарушают норм закона или морали. И они совершенно спокойно относятся к тем, которые берут на лапу. Их логика очень прямолинейна — мир непрост, они такие, а я такой, никого не осуждаю, но поступаю так, как считаю нужным. Кстати, сами они без проблем дают взятки и откаты, например, гаишникам.

А вообще мне приятно, что не перевелись еще на Руси честные люди. Которые могли бы брать, но не берут. Их очень мало, но тем приятнее их иногда встречать.

Глупое кино и причуды подсознания

Ходил в кино на «Железный человек-2». Улыбнул кадр, когда показывали Россию – темные подворотни, облупившиеся здания, мрачные люди в темной одежде. Презрительно ухмыльнулся сам себе, мол, америкосы за 20 лет совсем не изменились. Как видели в нас дикарей, так и видят.

А потом пришлось по делам поехать на Эльмаш. Для тех, кто не знает, это старый район на севере Екатеринбурга. И с ужасом увидел кадры из фильма. Покосившиеся старые 2-3 этажные дома с облупившейся штукатуркой, разбитый асфальт во дворах, мрачные люди в темной одежде. Добил меня гопник, который мирно сидел на корточках и щелкал семечки. Я и раньше бывал на Уралмаше и Эльмаше, но почему-то эта обшарпанность бросилась в глаза только сейчас.

Честно скажу, многоквартирных домов на западе я не видел, сравнить не могу. Но могу сравнить деревенские дома. Казалось бы, люди делают одно и то же – занимаются сельским хозяйством или ездят на работу в соседний город. А какая огромная разница. Аккуратные немецкие или австрийские домики, стильные итальянские или вычурные французские. И наши деревенские домики. Описывать не буду, все и так знают. Даже зажиточные кубанские деревни выглядят ужасно. И дело не в возрасте зданий, в Европе полно доисторической рухляди. Но выглядит она превосходно.

Можно сравнивать не жилье, а производство. Речь идет о производственных помещениях. Возьмем хлев где-нибудь в Воронежской области и где-нибудь в окрестностях Мюнхена. Те же коровы и скотники. Возьмем аэропорт в глухой дыре. Сравним Тюмень и Зальцбург. Или Омск и Нюрнберг. Казалось бы одинаковый бизнес, одинаковая даже этика бизнеса, а насколько все по-разному.

Мы не следим за зданиями. У нас это почему-то не принято. Может, это из-за постоянной грязи на улицах. Может, из-за того, что снег лежит слишком долго. А может, просто экономим.

К чему это все? К тому, что за красивым фасадом может скрываться любая начинка. И если ее давно не видели, это не значит, что ее нет. Как-то быстро я забыл лихие времена. А ведь и сам когда-то дрался с гопниками и загулявшими работягами. Бывало и орал пьяный на улице, а прохожие от меня шарахались. Просто живу в хорошем районе, вот и расслабился. А Россия никуда не делась. Она здесь. Она ждет. Смотрит, прищурившись, хитрыми азиатскими глазами. Улыбается щербатым ртом, шепчет «Ты мой»…

Блин, не спрашивайте меня, зачем я это написал. Это вообще не я сделал. Пальцы сами по клавишам стучали, а связь с левым полушарием мозга была отключена.

Вы уволены. Прямо сейчас.

Представь, ты приходишь на работу и слышишь: вы уволены. Ты в шоке, в голове вихрем крутятся вопросы «почему?», «как же так?» и «что теперь будет?» Но ты их не задаешь. Наконец отчаянно спрашиваешь о выходном пособии. И получаешь ответ, что по новому закону это не обязательно. Теперь работника можно уволить по инициативе работодателя в любой момент.

Тех, кто не понял о чем речь, могу успокоить. Таких законов нет. Но все может измениться в любой момент. Бизнес очень недоволен защитой работников от увольнения. Сейчас она становится очень дорогой. И уже появляются первые ласточки. Например, недавний вброс от Михаила Прохорова, который предложил сделать процедуру увольнения работника по инициативе работодателя менее затратной.

Представим мир, в котором работника можно легко уволить. Хорошо это или плохо? Мое мнение, скорее хорошо. Потому что резко вырастет производительность труда и улучшится отношение к работе. Предвижу следующие возражения.

1. Любого работника могут уволить в любой момент. Да, могут. Но это приведет к тому, что люди каждый день будут доказывать, что они нужны предприятию. 100% рабочего времени будет использоваться эффективно.

2. Это приведет к злоупотреблениям. Начальники будут сводить счеты с подчиненными. Не надо забывать, что у начальника тоже есть начальник. Который требует результаты, а не разборки с подчиненными.

3. Работники будут жить в постоянном страхе увольнения, в результате стресса производительность резко упадет. Не будет такого. Во-первых, ко всему привыкаешь. А во-вторых, нормальный руководитель будет вынужден договориться с подчиненными в стиле «ты нормально работаешь, а тебя без предупреждения не увольняю». Обманывать нельзя, обидишь одного – остальные сговорятся и подставят перед начальством.

4. Коллектив превратится в осиное гнездо, все будут только и думать, как бы кого подставить и прикрыть свою задницу. Ничего особо не изменится, всего лишь вырастут ставки. А осиных гнезд и сейчас полно, особенно на крупных предприятиях.

5. Для карьерного роста будут востребованы специфические качества – умение интриговать, подлизываться, строить отношения. Расти будут не хорошие специалисты, а умелые интриганы. Так все это и сейчас есть. Хороший интриган почти всегда обойдет хорошего специалиста, потому что они выдают разный результат. Один работает, а второй – пиарится.

6. Проклятые капиталисты всех уволят, оставят только блатных и лизоблюдов. А работать кто будет? И что мешает сделать это прямо сейчас?

Отвечу на незаданный вопрос – хотел бы я сам быть наемным работником в таких условиях? Хотел бы еще как! За 15 лет я лично уволил десятки людей, меня самого увольняли три раза. И проблем с коллегами или подчиненными у меня всегда было больше, чем с начальниками. И еще. Повышенный риск увольнения и сэкономленные работодателем средства автоматически повысят зарплаты. Риски на наемной работе будут не намного меньше предпринимательских. В результате часть людей откроет свой бизнес. Что еще больше снизит давление на рынок труда и повысит общий уровень зарплат.

Невозможность быстро уволить плохого работника по инициативе работодателя взращивает середнячков. Людей, которые находятся на рабочем месте, что-то делают, формально исполняют свои обязанности. Но не заинтересованы в общем результате, саморазвитии и движении вперед. Уволить такого человека по закону очень долго и дорого. Вот и вынуждены работодатели изобретать юридические новации или применять методы неформального давления, чтобы уволить работника «по соглашению сторон». Например, отправляют его в некомфортную командировку или переводят на неудобное рабочее место или скользящий график. Да и платить несколько окладов при сокращении тоже очень дорого.

Интересы государства и бизнеса вступили в противоречие, которое после кризиса еще больше обострилось. Государству нужны занятость и социальная стабильность. А свою работу оно перекладывает на плечи бизнеса, связывая ему руки. Вместо того, чтобы строить дороги и технопарки, деньги идут на поддержку умирающих заводов, а усилия чиновников – на заклинание предпринимателей сохранить занятость. И в такой ситуации бизнес будет сопротивляться. Отсюда и зарплатные схемы и множество юридических лиц и черная зарплата.

В целом, ситуация с социальной защитой работников зашла в тупик. Не пора ли взглянуть правде в глаза?

Российский бизнес, бессмысленный и беспощадный

На завод пришла проверка. Естественно, выявила кучу нарушений. И объяснила, что сумма штрафов составит полмиллиона рублей. Думаете, кто-то платил штраф? Правильно, никто. Проверяющие получили десятку и стороны расстались довольные друг другом.

В чем главное отличие бизнеса в России и за ее пределами? В том, что закон оторвался от жизненных реалий, и мы вынуждены постоянно его нарушать. Потому что если его не нарушать, себестоимость взлетит до небес. Возьмем, к примеру, такси. Дешевые компании работают так. Смена диспетчеров принимает заказы и передает водителям. Машины все частные, техническое состояние и самого водителя перед рейсом никто не проверяет. Налоги тоже никто не платит. Это дает возможность брать с пассажира 150 рублей за получасовую поездку. А по закону машины должны стоять в охраняемом гараже и проходить предрейсовый осмотр квалифицированного механика. В гараже должны соблюдаться все нормы санитарии, экологии и пожарной безопасности. Услуги фирм, работающих на таких же машинах полностью вбелую, стоят 250-300 рублей. А пассажирам плевать на все кроме цены и внешнего вида машины. И процент аварийности у обеих компаний одинаковый.Читать далее »

Опрос

Вам порекомендовали интересную книгу. Как вы предпочтете ее прочитать?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...




HashFlare

E-mail подписка
Архивы